Авторизация
(066) 074-36-01
(062) 348-05-61
г. Донецк, ул. Щорса 35

Кризис современной семьи. Сорокин П.А.

П.А.Сорокин
КРИЗИССОВРЕМЕННОЙСЕМЬИ
(социологическийочерк)
 
Семья, как и все общественные установления, на протяжении своей истории испытала ряд изменений. Ее развитие не остановилось и на современных ее формах. Вдумчивое изучение ряда явлений показывает, что в настоящее время семья как социально-правовая организация определенного вида переживает острый перелом; ста­рые и отчасти современные ее формы мало-помалу исчезают и уступают место иным формам, известным пока лишь в самых общих чертах. Коротко говоря, современная семья изменяется и переходит наши дни к новой, грядущей семье.
 
Конечно, этот процесс изменения ее состоит в связи с изменением всей остальной общественной жизни. По мере того как изменяют основы современного общества, изменяется и семья.
 
Но так ли это? Не есть и сказанное простое заблуждение? Мне умается, что нет: в современной семье, действительно, происходит какой-то перелом, грозящий смести ее основные черты. Кратко указать доводы, говорящие зато, – такова задача нижеследующих строк.
 
Современная семья предоставляет собой союз, во-первых, мужа и жены, затем родителей и детей и, в-третьих, более широко, союз родственников и свойственников.
 
Основанием союза супругов является брак, признанный государством, заключаемый в определённой юридической форме и влекущий за собой определенные юридические последствия — личные и имущественные.
 
Церковь определяет брак как таинство, посредством которого два существа сливаются в «едину плоть», в союз, наподобие союза Христа с Церковью. Юристы, следуя определению Модестина, пони­мают под браком состояние полной жизненной общности между супругами, пожизненную связь, основанную на божеском и челове­ческом праве. Переводя эти юридические положения на более про­стой язык, можно сказать, что в принципе современный брак озна­чал полное слияние двух существ, пожизненное шествие их по доро­ге жизни и совместное осуществление поставленных себе задач. Эта связь была до сих пор достаточно прочной и для огромного большин­ства — пожизненной. Два существа, действительно, превращались в «плоть едину» и совместно с детьми представляли своего рода «госу­дарство в государстве».
 
Являясь такой самостоятельной ячейкой, современная семья и помимо брака как полового союза была объединена и скреплена рядом других связей. Как союз родителей и детей она была своего рода независимым хозяйственным целым («домашний очаг») и пер­вой школой и воспитателем. На родителях, обладающих рядом прав по отношению к детям, лежали и обязанности — заботиться об их материальной обеспеченности и об умственном и нравственном вос­питании. Определенные права и обязанности лежали и на детях. Государство почти не вмешивалось в этот внутренний распорядок семьи. Она была ограждена своего рода запретной стеной, за черту которой, кроме случаев исключительных, носящих уголовный ха­рактер, государственная власть не переступала. Она предоставляла семье полную самостоятельность и ревниво оберегала ее прочность, независимость и ее основы. Посягательства на ослабление или раз­рыв супружеской связи (половая чистота, оскверняемая прелюбодея­нием, и внебрачные половые связи) всячески преследовались и, особенно в древности, жестоко карались.
 
Чтобы сильнее закрепить эту связь, государство и церковь вся­чески мешали ее разрыву, путем ли разводов или раздельного сожи­тельства. Католичество, исходя из слов Христа: «Что Бог соединил, того человек да не разлучает», и до сих пор не допускает никакого развода.
 
В тех же целях жена была отдана в опеку мужу» дети — в распоряжение родителей. Эту же задачу преследовало установ­ление общности имущества супругов, солидарности их интересов и передача материальной и духовной заботы о детях в руки роди­телей.
 
Одним словом, семья была цельной общественной единицей, ведущей свою самостоятельную жизнь в государстве.
 
Что же мы видим в течение последних десятков лет? А видим, время исподволь и постепенно подкапывается под все автократи­ческие основы семьи и мало-помалу разъедает все основные связи, «славшие ее цельной единицей. По мере приближения к нашему времени становятся более слабым и союз мужа и жены, и союз родителей и детей, т.е. две основы семьи, которыми исчерпывается fee ñîäåðæàíèå.
 
Займемся сначала рассмотрением ослабления связи супругов. Из чего видно, что союз супругов становится все более и более непрочным и все легче и легче разрывается?
 
Доказательством служат многие факты:
 
1) все быстрее и быстрее растущий процент разводов и «разлучений от стола и ложа», 2) уменьшение самого числа браков, свидетельствующее о том, что все больше и больше становится лиц, не желающих связывать себя современными узами «законного брака», 3) рост «внебрачных» союзов мужчины и женщины, 4) рост проституции, 5) падение рождаемости детей, 6) освобождение женщины из-под опеки мужа и изменение их взаимных отношений, 7) уничтожение религиозной основы брака и 8) все более и более слабая охрана супружеской верности и самого брака госу­дарством.
 
Эти факты, если они действительно верны, достаточны для того, чтобы сказать: дальнейшее существование семьи в современных принудительных формах и в самом деле становится весьма трудным. Совокупность их для того, кто умеет понимать язык «безгласных» цифр, говорит о том, что современная семья переживает глубокий кризис.
 
Уже само по себе развитие этих явлений служит признаком падения современных «устоев» семьи, применительно же к факту послабления семейной связи оно является неопровержимым доказа­тельством.
 
Одновременно и причиной ослабления семьи, и в то же время дензнаком ее распада служит и факт уменьшения деторождения в браке. Как-никак, а по своему заданию супруги до сих пор вступали в брак, грубо говоря, не только «ради удовольствия», но и продолжения потомства. Иметь детей и быть отцом и матерью для семьи до сих пор было нормой. Семья без детей была исключе­нием, чем-то ненормальным. Что же мы видим в последние десятилетия? А то, что рождаемость постепенно падает. В моду входят бездетные браки, иметь детей считается теперь неудобным и непрактичным по целому ряду соображений: говорят в этих слу­чаях и о трудности жизни, и о материальных и экономических заботах, и о том, что дети – роскошь, стоящая весьма дорого, и о трудности их содержания, воспитания, обучения, и о том, что они связывают руки, мешают работе или выездам на балы, пор­тят бюст матери и ее красоту, преждевременно ее старят, застав­ляют отца надрываться в излишней работе и т.д. и т.д. Мотивы приводят разные. Но, как они ни разнообразны, факт остается фак­том: процент брачной рождаемости падает. В ряде стран, как, напри­мер, во Франции, это явление общеизвестное. То же наблюдается и во всем культурном мире. Приводить цифры, доказывающие этот факт, излишне в виду общеизвестности и неоспоримости данного явления.
 
Не входя в оценку указанного положения дела, я должен под­черкнуть, что такое явление не безразлично для прочности семьи. Яснее говоря, оно способствует ее разложению, и в этом смысле является одной из причин, ослабляющих семейные основы. Дети как-никак были из тех «обручей», которые сплачивали семейный союз, заставляли супругов терпеливо относиться друг к другу, меша­ли им расходиться из-за пустяков, давали смысл браку. Забота же о детях мешала и прямо и косвенно неверности супругов, не допускала измены, давила тяжестью, направляя поведение родителей в сто­рону сохранения интересов семьи и ее целостности.
 
Иначе обстоит дело в браке без детей. Единственная связь суп­ругов – это духовное и телесное единение. А то и другое, как известно, весьма часто бывает хрупким и нередко подвергается иску­шениям и соблазнам. В этом смысле отсутствие детей во многих формах ведет к большему легкомыслию: там, где раньше забота о детях, о семейном очаге, его чистоте и т.д. могла остановить супру­га от соблазна и от легкомыслия, при браке без детей этот тор­моз отсутствует и не давит своей тяжестью на поведение челове­ка. Супруг рискует только своей связью с другим супругом, которого он часто не прочь заменить новым и не прочь устроить новое гнездо, так как эти разрывы и новые связи теперь не столь громоздки, не столь трудны, и не связаны с судьбою детей. При бра­ке с детьми неизменно вставал вопрос: «А как же дети?», вста­вал и нередко удерживал от посягательства на целостность семьи. При бездетности этого вопроса нет, а потому нет и этого скрепляю­щего семью цемента.
 
Помимо сказанного то же отсутствие детей сотнями других пу­тей ведет к тому же ослаблению семьи. В зажиточных семьях они заполняли досуг, особенно матери. Заставляли ее работать и тем самым удаляли поводы для соблазнов. При бездетности – время ничем не занято, появляются пустота и скука, а в таких условиях весьма успешно процветает фантазия, игра воображения рисует ряд картин, устанавливаются всякие выезды, визиты, балы, журфиксы и т.д., иначе говоря — появляется тысяча соблазнов, ведущих разными путями к одному итогу – к нарушению святости и прочности семьи.
 
Что это так, подтверждается, между прочим, и статистикой зводов. Оказывается, процент разводов обратно пропорционален проценту рождаемости: особенно высок в странах с малой рождаемостъю (Франция и Швейцария) и низок, где рождаемость высока.
 
Но пойдем далее и остановимся на факте эмансипации женщины. Спросим себя, как должен влиять на прочность современной семьи этот факт? Положительно или отрицательно? [Как это ни странно с первого взгляда, но несомненно, что факт эмансипации женщин при данных условиях является разлагающим семью фактором, а не укрепляющим ее. Это подтверждается, между прочим, тем, что в странах, где женщина добилась больших прав и более свободна, более высок и процент разводов, совершаемых по желанию и ходатайству женщин, и чем больше она приобретает прав, тем число разводов по требованию жены все более и более растет.
 
Для каждого, занимавшегося историей правовых установлений семьи и брака, в частности, известно, какую громадную роль играла и играет религия в общественной жизни. Велика была эта роль и области брака. Не будет преувеличением, если я скажу, что одной главных основ семьи и брака была религия и ее покровительство браку и семье как религиозному, священному установлению. На этом основании брак был объявлен таинством, семья – учреждением божества, охраняемым церковью и государством, посягательства против нее – грехом и великим преступлением. Весь авторитет церкви, вся ее святость и в силу этого вся сила государства были пущены в ход для защиты семьи и основ брака. Человек, собиравшийся посягнуть на семейный союз, должен был считаться не только вопросом удобства и счастья, как теперь, но должен был пойти на великий грех, посягнуть на догматы и авторитет церкви, потерять предать ее дьяволу и сверх того считаться с немалыми карами, налагавшимися государством.
 
Как видим, здесь препятствий и задерживающих факторов было немало. Все они всем своим громадным весом давили на него, и шиться перешагнуть их могли только единицы.
 
Этой религиозной основой брака и объясняется факт беспощадных наказаний за прелюбодеяние, налагавшихся государством на прелюбодеев
 
Потеря этой религиозной основы брака и семьи имела гро­мадное значение. То, что раньше было божеским установлением, стало обычным человеческим учреждением; то, что раньше окруже­но было ореолом святости, превратилось в дело рук человеческих; посягательство на брак, раньше бывшее грехом и преступлением, теперь стало вопросом житейского удобства.
 
Разрыв или осквернение брака прежде означали оскорбление божественного установления и заповедей, теперь превратились в обычное явление. Если раньше трудно было решиться на разрыв, то теперь все лишние препятствия пали. Говори коротко, исчезновение религиозного характера брака дало возможность более легко и лишь с точки зрения удобства рассматривать и относиться к нему. Бла­годаря гражданскому браку исчез один из рычагов, ранее принуж­давших более строго и серьезно относиться и уважать от Бога данную связь. Мудрено ли поэтому, что параллельно с этим про­цессом исчезновения религиозной основы брака мы видим и посте­пенное ослабление его охраны со стороны государственной власти. Наказания за внебрачные половые связи, а равно и за прелюбодея­ние становятся мягче и мягче, пока постепенно не вымирают. Са­ма по себе добровольная внебрачная связь, насколько в ней нет насилия, хитрости, обмана или злоупотребления невинностью и т. п., связь двух дееспособных лиц теперь не наказывается: (У нас окончательно отменена 994 ст. Уложения о Наказании, каравшая за внебрачную связь, в 1902 г.) Наказание за прелюбодеяние свелось к минимуму (заключение в монастырь или краткосрочная тюрьма) и существует скорее на бумаге, чем на деле.